Поиск

Реклама

Календарь

<< < Июль 2020> >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5
6 7 8 9 10 11
13 14 15 16 17 18 19
20 21 22 23 24 25 26
27 28 29 30 31    

Поможем

От В.И.Даля на всякий день и на разный случай:


 Коли Бог по нас, то никто на нас (или: против нас).
 Были б хлеб да одежа, так и ел бы лежа.
 Хлебал бы молоко, да рыло коротко.
 Солнце сияет на благие и злые.
 Подо нрав не подбелишься.


Свиридов Г.В. Музыка как судьба - Тетрадь 1987 (2)

1 1 1 1 1 Рейтинг 4.68 [19 Голоса (ов)]

Содержание материала




 
Тетрадь 1987 (2)
 


    1 июня 1987 г.

Тридцатые годы - резко делятся на своеобразные периоды

I – 1929-33. Бурное время, расцвет деятельности ЛЕФ'а, РАПМ'а и РАПП'а, коллективизация, перегибы, «головокружение от успехов», пятилетка, заводы, Днепрогэс, ускоренное окончание школы, работа на заводе (практика), ликвидация безграмотности (работа в деревне, от которой я был освобожден, мать достала справку от врача и отнесла в школу, тайно от меня). Занятия в музыкальной школе, проснувшийся огромный интерес к музыке. Выписывал ноты наложенным платежом; помню покупку слепого клавира «Бориса Годунова» (изд. В.Бесселя), помню - поразили аккорды, неожиданные гармонии. Решение - посвятить себя музыке. Поездки в Ленинград - 1932 г. — новый, совершенно, мир, необъятный как океан.

Трудные, голодные годы 1932 -33 - 34. Новое движение в духовной жизни: ликвидация РАПМ'а, создание Союза Писателей, огромная и благотворная роль Горького. (Но не было - Есенина, Клюева. Ахматовой, Замятина, Булгакова, Платонова.)

Дальнейшие годы 1934 – 35 - 36. Выставка Нестерова, абсолютное отсутствие внимания (в обществе) к Малевичу (его «квадраты» висели в Русском музее, называлось — супрематизм). Идея главная - Гуманизм, потом Пролетарский гуманизм. Музыка - «Леди Макбет» (шла с успехом на огромной рекламе), Прокофьев не был так интересен, казался «салонным», позднее - яркая «Ромео и Джульетта», этому была большая оппозиция. Соллертинский бранил: сухо, нет романтизма, любовного всплеска и страстей (a la Чайковский, подразумевалось «Итальянское каприччио»), нет толпы, «живописных лохмотьев» (его слова), без которых не существовало стереотипа Италии. Меня это мало интересовало, я был полон пробуждающихся юношеских страстей, очень много поглощал музыки, раннее увлечение музыкой Шостаковича: опера, ф-п концерт, прелюдии для ф-п (поворот к «классическому»).

Кино - многое, что потом хвалилось, в том числе «Чапаев».

Подъем жизни в искусстве. «Петр I» Толстого (кажется!). Съезд писателей, шумно, иностранцы, которые тогда казались людьми с другой планеты.

1934-35 г.Ленинград, Киров, суды, паспортизация и др.

[С 1936 г. совсем новое, смерть Горького.] Этого я тогда не понимал, живя один в общежитии, весь увлеченный борьбой за существование (жил голодно, ужасно) и поглощением музыки, главным образом, классической.
 
1935 г. «Пушкинские романсы» — переменили мою жизнь. Знакомство с Иваном Дзержинским - любил его ранние песни (2 цикла), «Весеннюю сюиту» - очень яркую, юную (для рояля), начало «Тихого Дона». Как это было свежо, казалось свежее Шостаковича, в котором было что-то интонационно-мертвое (так и осталось до конца).

2-я половина 30-х годов - становилось все хуже и хуже. Движение Советского симфонизма, новый академизм, торжество «формы». Надо было учиться. Увлечение современной музыкой: Стравинский, Хиндемит, Берг (по клавиру «Воццек» и «Лулу», нравилось первое), Кшенек, так себе, Риети, нравилось. В моде пошло все еврейское.

«Король Лир» Михоэлса, вся кинематография, «Веселые ребята», Дунаевский был награжден орденом, принят в Союз и назначен его председателем. До той поры Союз возглавляли: Борис Никол.(?) Фингерт, Влад. Ефим. Иохельсон, Бор. Самойлович Кессельман, Лев Моисеевич Круц, Татьяна(?) Яковл. Свирина (фамилия по мужу, страшнейшая баба), еще была машинистка Полина Егинтова, ее супруг впоследствии был секретарем Музфонда - гигантский жулик (миллионные дела), был разоблачен молодым следователем из Харькова, пойман с поличным, получил 25 лет лагерей. Всего членов Союза было человек 40 с небольшим! Русских было человек 20—25, кажется.

«Расцвет» кошмарного Утесова, изо всех уличных репродукторов гремело: «Налей же рюмку. Роза, мне с мороза, ведь за столом сегодня — ты да я! Ну где еще найдешь ты в мире, Роза, таких детей, как наши сыновья?!!!»(1)

Знаменитые писатели начала 30-х годов: Бабель, Катаев, Олеша, Никулин, Багрицкий, Тынянов, Козаков, Каверин, Федин, Ильф и Петров, Зощенко. А.Толстой - был наиболее солиден, очень много писал.

В элиту входили еще кинематографисты, все те же. Маяковский был объявлен «лучшим, талантливейшим поэтом нашей эпохи». Есенин — пока прочно запрещен. В СССР ненадолго заехал шахматный игрок Ласкер. Это подавалось как мировое событие так же, как и успехи Ботвинника - советского чемпиона. Зрело новое поколение поэтов: Кульчицкий и Коган — «Только советская нация будет и только Советской расы люди!»(2) Чем это лучше германцев?

Дышать становилось все труднее. Обстановка в классе Шостаковича была невыносимой. Всюду «перло» одно и то же — в литературе, поэзии, кино, театре, а главное: газеты, журналы, радио - вся массовая пропаганда, включая ТАСС, местное вещание — все в руках одних и тех же людей. Слово «русский» было совершенно под запретом, как и в 20-е годы. «Россия» - само слово было анахронизмом, да его и небезопасно было употреблять в разговоре.
 
Все предвоенные, суровые, мрачные годы, бесконечные суды, процессы, аресты. Жил я очень одиноко, друзей, в истинном смысле слова, не имел, были приятели застольного, «собутыльного» типа. Знакомство с Ш<остаковичем>, к которому я относился с огромным пиететом и гордился его доброжелательным (так, по крайней мере, мне казалось) ко мне отношением. Нравилась мне молодая музыка Ив<ана> Дзержинского. В ней была дивная свежесть. Музыка без «симфонизма» (без развития), «без драматизма», как говорил мой соученик О.Евлахов (тоном осуждения). Мне же, как раз, это казалось свежим. К сожалению, после первого и большого успеха (с «Тихим Доном»), Дзержинский уже старался угодить, «попасть в тон». «Поднятая целина» была гораздо слабее: бытовизм, без особой поэзии, дальше дело пошло совсем плохо. Бытовая опера, увы, быстро себя исчерпала.

Государственным искусством стали «симфонизм» и официальная песня (времена Дунаевского). «В бурю» Хренникова — это было уже просто пошло, но «Семен Котко», написанный на другом уровне таланта, опыта и вкуса, был также фальшив, жанрово малозначителен, кроме этой, хлестко написанной сцены с пожаром, сумасшествием и др. атрибутами оперного натурализма(3).
 
Занятия в классе [Шостаковича] консерватории и обстановка в нем стала труднопереносимой. К тому времени —1940 год — я совсем растерялся, не знал, что делать, что писать (и долго не мог прийти в себя). Массовый стиль того времени казался мне попросту ужасным. Следовать же за корифеями - Стравинским, которого я хорошо изучил к тому времени (знал и последние его сочинения: «Персефону», Симфонию псалмов, балет «Игра в карты»), я не мог, было чуждо.

Симфонии Шост<аковича> - 5-я, 6-я - имели громадный резонанс, хотя многие кривили рот: и старые, и молодые. Помню, некоторые студенты, например С.Р.Мусселиус - честнейший человек, называл эти симфонии «Миазма № I» и «Миазма № 2». Впрочем, говоря об этом без злобы, а лишь иронически. Перед самой войной обозначилась музыка Шостаковича: две симфонии (5, 6), квартет № I, квинтет. Это было очень внушительно, зрело, видна была уже впереди его высшая точка - 8-я симфония, после которой дело постепенно пошло на спад, но конкурента ему все равно не возникло. В том роде музыки, какой тогда царил, думаю, и невозможно было с ним соревноваться. Новые же идеи еще не созрели, не обозначились. Да и мудрено было им обозначиться. Ведь война шла под знаменем борьбы с национальным (хотя и в уродливой его форме).

    * * *


Знаменный распев — неоткристаллизованный, неотчеканенный тематизм. Чеканка тематизма — дело романтиков!

Опера «Петр I» - какая-то пошлая, захудалая Мейерберовщина.

Музыка Денисова - сухое, ремесленное школярство. Нет своей интонационной сферы. И никакие разглагольствования о творческой личности и о ее самовыявлении не помогут.

Нет своей интонационной сферы - нет личности.

    * * *


Опера Тактакишвили «Первая любовь», либретто Габриадзе. На сцене Театра им. Станиславского и Немировича-Данченко. Стояла в плане театра с одобрения мин<истра> Культуры П.Н.Демичева. После смены худ<ожественного> рук<оводства> была выброшена из плана.

Следовало бы подумать о включении в перспективный план театра этого талантливого произведения выдающегося грузинского мастера.

    * * *


Из Николая Рубцова (Золотой сон)
М<еццо>-сопр<ано> и орк<естр>.
Русские огороды = как есть с окончанием.
Лесная дорога с разворотом леса.
Пасха (es-moll) Большой разворот в оркестре «Воскресе из мертвых».
Золотой сон на 1/2 тона выше (как есть).

    * * *


Русская музыкальная школа выдвинула в 20-м веке (лишь одного) подлинно великого композитора - С.В.Рахманинова.<...>

    * * *


Провокаторская поэзия — (Е<втушенко>, В<ознесенский> и мн<огие> др<угие>) у Куняева(4). Подстрекательство к разбою, убийству, разрушению. Страшные образы Мисаил и Варлаам (прототипы, эпоха смуты) - подстрекательство, «а там наутек, подобру да поздорову». Анализ статьи, примеры, Ив. Русаков (красноречивая фамилия), поэт из романа Булгакова «Белая гвардия». Автор стихов «Богово логово» (сравни у Воз<несенского> - «Богу Богово, Бокову — Боково(5)» — плоские остроты, «хохмы» на ту же тему). Русаков заболевает сифилисом, лечится у Турбина, рассказывает врачу о себе, о Шполянском, с судьбой которого причудливо перекрещивается судьба А.Турбина (через женщину по фамилии Рейсс, а фамилии у Булгакова красноречивы, неслучайны). Шполянский, в биографию которого вошли факты из биографии знаменитого Шкловского: эсер, на войне сражался против сов<етской> власти, потом был в ЧК, сражался за советскую власть, и всюду - судил, убивал. Неутолимая злоба этого человека. Требовал на I съезде писателей судить (и расстрелять, хотя не каждое слово в строку пишется) Ф.М.Достоевского(6). Достоевский был сознательно забываем, преследуем все довоенное время, полузапретен. Первая мемориальная доска была установлена в Ст<арой> Руссе на доме, где он жил, во время войны. Доска была установлена
герм<анскими> войсками. Все это свести в одну, руководящую идею, показать связанность, общность, сознательную целенаправленность всех фактов.

    * * *


«Царь Ирод», гравюра в комнате А.Блока(7). Непомерно огромные, страшные голова и лицо. Голова Иоанна Крестителя, страшная Иродиада, похожая на рептилию Саломея. Все пропитано змеиным ядом злобы, уничтожения. Это не преступление, потому что преступать надо моральную заповедь, а не преступив ее, ты останешься все же человеком. Здесь же нет ничего человеческого, это — рептилии, которые прямо-таки созданы для убийства, для уничтожения всего живого. Не случайно эта гравюра была всегда перед глазами поэта, подыми их от письменного стола (где сидишь за работой) и ты увидишь Царя, его жену и падчерицу, огромное блюдо и на нем окровавленную голову пророка. Блок видел Зло мира. Оно постоянно напоминало ему о себе и символ его всегда был перед глазами.



   А.Г.Рубинштейн

Об А.Г.Рубинштейне и «рубинштейновщине», обильно распространенной в Советской музыке - «бывшей русской». Культ Руб<инштейна>, его взгляды на муз<ыкальную> историю и будущее России. Его высказывания о грядущей войне и о том, как вести себя в этом случае(8).

    * * *


В наших республиках (кроме славянских) нет избытка людей другой нации, претендующей на руководящее положение и считающей коренное население руководимым, непросвещенным, как бы колониальным народом.

    * * *


Институты искусств — самостоятельно работающие учреждения, без государственного руководства. Во главе их стоят малокомпетентные люди для механической связи с Гос<ударственным> и Парт<ийным> руководством, которое фактически не руководит, а лишь наблюдает, «чтобы не было ярой крамолы». Важнейшие вопросы, затрагивающие судьбы национальной культуры, не рассматриваются. Коллектив института работает неинтересно, слабо. В основном изучается искусство современной Европы, в малой степени США. 

Своя культура - третируется, между тем и достижения своей культуры, и ее ошибки должны внимательно изучаться, дабы двигать вперед. Создаются копиистские труды, разрабатываются чужие идеи(9). Нет Русской мысли об искусстве. Судьба родной культуры никого не интересует. Парадоксально, но в Советской России нет института по изучению национальной музыкальной культуры. И это никого не волнует, а многие тому искренне радуются.
 
Во главе музыкальной жизни страны уже 40 лет стоит практичный, опытный, неглупый человек, с замашками тоталитарного правителя, постепенно приобретенными, вырастивший себе такую же смену тоталитарно мыслящих музыкальных администраторов, умело соединяющих композиторскую деятельность с практическим складом ума и отличным знанием государственного механизма. Этот гигантский механизм, многомиллионные суммы денег, весь служивый государственный аппарат сверху донизу, все это поставлено на службу творческому самоутверждению нескольких людей, занимающих положение государственных фаворитов, окруженных целым штатом обслуживающих лиц: критиков, издающих журналы, восхваляющие руководство Союза комп<озиторов> и умело принижающие всех остальных, организаторов концертной жизни в стране и за рубежом, пропагандирующих, главным образом, произведения тех же руководителей Союза, муз<ыкальных> лжеученых, сочиняющих новую историю музыки, в центре которой — все те же руководящие люди, бесчисленный обслуживающий хозяйственный аппарат, дома творчества, в которых за десятки лет не написано и десятка стоящих, художественных сочинений.

Союз композиторов - кормушка, рай для бездарностей, как говорят приезжие иностранцы, которых знакомят с этой диковиной. Когда сидишь в секретариате и видишь эту деятельность, эту сращенную общность интересов и взглядов — солидарность, хочется сказать: «Нет, товарищи, не вы представляете теперь музыку! Более того, если музыка у нас будет продолжать создаваться, то она возникнет помимо вас и вопреки вам!» Таков, например, Гаврилин.

Деятельность Союза композиторов — это отлично налаженное производство и всемерная пропаганда музыкальных суррогатов. Если мы не установим твердых и ясных художественных критериев для искусства, то деятельность Союза грозит нанести и уже наносит огромный вред культуре подрастающих поколений.

    * * *


Есенин - все растет и растет, перерос всех (без исключения). Он попал в эпицентр, в точку пересечения всех линий (скрестившихся) Русской жизни, в центр боли, мук и всех надежд, какие еще остались. Заблудшая Русская душа, найдет ли она выход?

    * * *


Летчик - похож на Ван-дер Любе(10). Провок<атор>. Предлог дня разгрома [командования армии] сил. Действует с точностью часового механизма, в тот момент, когда Главком и В<оенный> министр находятся вне государства и в стороне от траектории полета. Сомнительная легкость достижения цели.



   Книжечка рецензий и статей Мандельштама (поэта) (11)

Причудливая смесь - чудовищного, врожденного высокомерия и самонадеянности с изрядной злобой. Иногда вдруг - хорошие, ценные мысли поэта, коротко, афористично изложенные. Есть два-три точно написанных портрета — Ахматова, Шкловский («Захватчик», т.е. расист). В целом - очень национально- и социально-ограниченная сфера жизни. «Избранный» человек «избранной» нации. С этим жил. За это и ценят его ныне живущие, подобные ему.
 
Русское коренное, народное вызывает в нем нечеловеческую злобу. Таково его отношение к Есенину — ненависть Сальери к Моцарту. И главное тут, как верно определено это Пушкиным, - зависть к славе, к распространенности поэзии Есенина, любовь к ней в широких слоях людей. Вот что непереносимо!



   О провинциальной культурной жизни 20-х годов

Ошибочно было бы понимать культурную жизнь Курска как ущербную, захолустную, убогую и пр. Наоборот, скромная в своем большинстве, но достаточно многознаюшая и чуждая какого бы то ни было «нигилизма», провинциальная интеллигенция была и стихийным, и сознательным хранителем культуры. Школьные преподаватели, врачи, адвокаты и нотариусы, многочисленная инженерия и самые разнообразные служащие были постоянными посетителями спектаклей Драм<атического> театра, Оперы (которая, помню, играла два сезона), оперетты, игравшей каждое лето, многочисленных концертов приезжих артистов, в том числе и первоклассных, как: Нежданова, Собинов, Гр<игорий> Пирогов, Платон Цесевич, квартеты им. Глазунова или им. Вильома, скрипачей Эрденко и С.Фурера и пианиста Ю.Брюшкова (всех их я слышал!). Было несколько больших и превосходных библиотек. В Централbr /ьной библиотеке я сам работал на практике, т. к. школа, которую я окончил, была с «библиотечным уклоном». По окончании школы я получил квалификацию библиотекаря. В городских клубах, и том числе в клубе совторгслужащих (который я посещал), были также превосходные библиотеки, 2 оркестра народных инструментов, устраивались концерты, много драмкружков.



   Наш век

Композиторы-промышленники, композиторы-дизайнеры, украшатели, таких — большинство. Их следует отличать от композиторов, производящих подлинно духовные ценности. Таких — совсем немного, но они были - напр<имер> Рахманинов. Есть они и теперь.

    * * *


Разговор об инт<ернациона>лизме - чаше всего дымовая завеса, ложь, за которой скрывается оголтелый шовинизм, воинствующий и беспощадный.

    * * *


На своей земле он — чужой, батрак. [Теперь он живет водкой, давно уже всех ненавидя и больше всех - самого себя.] Где она теперь, эта русская душа? И существует ли вообще? «Не околела ли в бесчисленных скитаниях, в хождениях своих по мукам?» Теперь он сидит у разбитого корыта, нет ни Бога, ни Государства, ни клочка своей земли.

    * * *


Люди, давно отвыкшие от русской жизни. Они наблюдают за ней из окна своей супермашины или из зафаничной посольской квартиры где-нибудь в Нью-Мексико. Им ненавистно здесь все: наши русские лица, наш родной русский язык, разоренные, потерявшие свое русское имя города, наша хроническая русская бедность, с которой мы уже свыклись [да и не в богатстве, в конце концов, смысл жизни]. Все это им глубоко противно. [Они обещают нас накормить, хотят нами управлять и управляют; но сделать при этом полными, абсолютными рабами.] Русский человек давно оnрекся от Бога, он
продал свою душу черту за чечевичную похлебку, которой его обещали накормить даром «от пуза», да и обманули.



   Ответ М.Любомудрова - критикам журнала «Наш современник» № 7 1987 года (12)

Раньше травлю (в которой не стеснялись ни в выражениях, ни в справедливости и доказательности обвинений) инспирировали руководящие организации путем соответствующего постановления или личного указания (например, в речи или выступлении). И в такой травле участвовали видные деятели искусства, литературы или науки и т. п., создавая видимость общественного мнения. Теперь же государство, инспирируя подобную травлю (как, например, травлю талантливого, честного критика М.Любомудрова), стоит как бы в стороне, а деятели определенного типа расправляются с критиком, высказавшим неугодные взгляды, поливают его грязью, клевещут, выгоняют с работы.



   Моцарт и Сальери

Сальери - не атеист (т.е. не признающий существование Бога), ибо он верит в Рай (занес к нам несколько «Райских несен»). Он — Богоборец, считающий, что Бог создал мир несовершенный, несправедливый, и человек вправе этот мир изменять по своему усмотрению. Позже эта идея будет выражена в словах поэта Коца: «Весь мир насилья мы разроем (sic!) до основанья, а затем мы Наш, мы новый мир построим. Кто был ничем, тот станет всем». И этот мир они построили.



   Г.Свиридов. Ранние сочинения (13)

(Детские опыты я не записал.)

  Прелюдии для фортепиано 
  Вальс дня фортепиано  
                   март 1933 года(14)

   Вариации для фортепиано
   (Первое учебное задание) апрель-май 1933 год(15)
   2 пьесы для фортепиано, скрипки и виолончели:
   Песня; танец 1933 (осень-зима)
   Первое публично исполненное сочинение. Концерт студентов и выпускников техникума. Малый зал Ленинградской консерватории 1934 г. (июнь)(16).
   Сонатина для фортепиано (2 части) 1934 год(17).
   6) Полька (в 4 руки для фортепиано) (Курск, лето 1934 г.).
Исполнено в студенческом концерте 1934 г.(18)
   7) Прелюдия фа минор для фортепиано 1934 г. (осень)
  Первый опыт писания музыки без помоши инструмента (Сочинено на [уроке политэкономии] лекции политграмоты, за партой)(19).
   8) Прелюдии для фортепиано 1934-35 (январь).
   Впоследствии «7 маленьких пьес для фортепиано». Резкий скачок в моем развитии. Результат моего знакомства с сочинениями Щербачева, Попова, Юдина, Рязанова и, особенно, Шостаковича («Леди Макбет» и др.)(20).
   9) Соната для скрипки и фортепиано (одночастная) 1935 г.(21)
   10) Шесть романсов на слова А.С.Пушкина, Курск, лето 1935 г.(22)
   11) Финал предполагавшегося Концерта для фортепиано с оркестром (в клавире) 1936 г.(23)
   12) Фортепианные пьесы 1936 г.(24)
   13) 2 песий на слона И.Сельвинского 1936 г.:
   Сибирская песенка; Ничего не случилось, пожалуй...(25)
   14) 2 романса на слова Пастернака:
   Весна; Коробка с красным померанцем (когда написаны? 1934, 35-36? Не помню)(26).
   Концерт для фортепиано с оркестром 1936 год.
   Первая работа в консерватории. I-II части сочинены в Курске, финал в Ленинграде(27).



   О ленинградской композиторской  «молодежи» 1933 – 36 годов

Среди «молодых» более всего ценилась интонационная и гармоническая «свежесть». Работа шла в поисках этого «свежего» звучания. Из Шостаковича ценилась, главным образом, 1-я симфония, особенно ее 1-я часть, опять-таки очень свежая по интонационному строю и по форме.

26 августа 1987 г.



   Передачи по радио

Ария из «Вертера» Массне в дивном исполнении Лемешева, давно не слышал этой музыки. Большая прелесть, романтизм без напыщенности (иногда свойственной Массне) и какое пение! Просто, строго, безыскусственно, трепет соловьиного горла. Эту музыку не споешь «обыкновенным» голосом, тут нужен природный дар.

Концерт для фортепиано Грига, какая свежесть, возвышенность, красота и своеобразие в интонации. Но Шуман открыл первым этот внутренний мир - мир прекрасного, глубоко хранящегося в душе.

Рядом с этим стихи Светлова - убогие, заурядные чувства, скверный, ломаный, жаргонный, стертый, плоский язык.

26/VIII-87 1 час дня

    * * *


Разумно устроенное государство обязано воспитывать своих подданных в сознании незыблемости моральных ценностей, в духе высоких нравственных начал, а искусства, художества должны помогать воспитанию благородного человеческого характера, пробуждая в человеке чувство красоты, добра и правды.

Чувство хрупкости, временности нашего существования, отсюда значит, что человек должен ценить жизнь, любить ее и стараться сделать ее как можно лучше для всех, а не только для себя.

И совсем худо, когда эти моральные ценности меняются через каждые три года. Но это нужно самому государству понимать исповедуемые эти моральные ценности, а не менять убеждения с приходом каждого нового Г<енерального> С<екретаря>.



   «Антимузыкальность» Ре<волюц>ии

Радикальная русская интеллигенция была на редкость антимузыкальна - Белинский, -бов [Добролюбов], Черн<ышевский>. Аптипоэтичность, сухая рациональность, «смысловость», идейность (сюртук с чужого плеча) русской литературной критики. У Р<еволюции> не было своей песни. Свои песни были, однако: студенческая «Из страны, страны далекой, ради вольности высокой» и масса народных песен, городские, мещанские песни, лакейский выверт «Вдоль да по улице метелица метет». А песни с гражданским содержанием? Слащаво-унылые слова «Укажи мне такую обитель, я такого угла не встречал, где бы сеятель мой и хранитель» и т. д. пелась на сентиментальный итальянский мотив (дуэт из оперы «Лючия де Ламмермур» Доницетти).
 
Почти все революционные песни чужого, заграничного изобретения: «Варшавянка» — фр<анцузский> военный марш, «Смело, товарищи, в ногу» — немецкий, «Мы, молодая гвардия», современный гимн комсомола (который никто не поет) — немецкая народная песня(28). Ее можно найти в сборнике немецких несен. «Авиамарш» - нацистская германская песня Хорста Веселя(29), «Замучен тяжелой неволей», «Слезами залит мир безбрежный» - польские антирусские. Примеров - масса.



   «Дети Арбата» (30)

Их родословная, всегда ли они были «детьми Арбата»?

Кто их отцы, населявшие Арбат и др. привилегированные, «престижные» улицы Москвы и Ленинграда?

Страшная участь подлинных «детей Арбата». Цель романа - свалить с себя вину за истребление людей на одного человека, которому дети Арбата служили за страх и выгоду, они служили бы и за совесть, если б она у них была. [Новый виток лжи]

   * * *


Власть в музыкальных вопросах была рассредоточена, [но] Союз композиторов имел решающий (относительно!) голос в творческих вопросах, хотя иногда его мнение и оспаривалось. Мин<истерство> Культуры СССР имело свою точку зрения в вопросах пропаганды и оценки новой музыки, не во всем согласную с точкой зрения Союза. Мин<истерство> Культуры СССР руководствовалось своими соображениями в своей сфере деятельности. Наконец, большую роль играла точка зрения отдела культуры ЦК. Ныне установлено полное единообразие в музыкальной сфере, во всех музыкальных
почти. Своего рода музыкальное самодержавие, «тоталитаризм»: Хр<енников>, Щ<едрин>, Тер<ентьев>, Петр<ов> при участии еще 2-3 человек на правах консультантов.



   О работе музыкальных медиевистов

Это в большинстве своем молодые и, что называется, находящиеся в расцвете сил специалисты, занимающиеся своим делом с неподдельной увлеченностью и с отличным знанием предмета. Они выдвигают целый ряд новых положений, делая это с большой долей научной обоснованности. Их работа должна привести к тому, что история русского музыкального искусства продлится на века. Их деятельность не замкнута в чисто музыкальном цеху. Она тесно связана с древней русской литературой, ибо музыка русского Средневековья была тесно связана со Словом, с великими Памятниками мировой культуры, в первую очередь — с откровением Евангелия и святоотеческой литературой, связана, наконец, с русской историей и летописью. Она неотделима от самой жизни народа, от мирской и духовной.

Значение этих специалистов трудно переоценить. На многое в нашей музыке мы будем смотреть по-иному. В том числе и в Современной музыкальной практике. Работа медиевистов сулит богатейшие перспективы.



   Стихотворения Зин<аиды> Гиппиус

         «1917» (31)

Давно ли ты, громада косная,
В освобождающей войне,
О Русь, как туча громоносная,
Восстала в вихре и огне.
И вот опять, опять закована
И безглагольна, и пуста.
Какой ты чарой зачарована.
Каким проклятьем проклята?
Но во грехе тобой зачатые,
Хотим с тобою умирать.
Мы дети, матерью проклятые
И проклинающие мать...

Из «Литер<атурной> газеты» № 40
30 сентября 1987 г.


          КОМИССАР

Китайцы, монголы, башкир да латыш,
И всякий-то голый, и хлебца-то шиш.
И немцы, и турки, и черный мадьяр,
Командует юркий брюнет-комиссар.
Очнись от угара и, с Богом вперед,
Тащи комиссара, а то удерет.

Из «Лит<ературной> газеты» № 40
30 сентября 1987 г.



   Задушенные души

В наши дни, в эпоху всеобщей гласности, много стали в газетах, журналах писать о музыке. Пишут самые разные люди: экономисты, прожектеры, пенсионеры, словоохотливые профессора... Гольданский, который развил прямо-таки бурную деятельность, сотрудничая в самых разных газетах: «Веч<ерняя> Москва», «Моск<овская> правда», «Литер<атурная> газета», зубные врачи, журналисты, которые считают себя компетентными во всех вопросах жизни, и т. д.

Читать все это неинтересно и даже не смешно, а скорее уныло. Это похоже на какое-то выпускание пара или, скорее, спертого воздуха. Люди долго молчали и хотят заявить о себе. Недоумеваешь, зачем это печатается в больших и малых газетах огромным тиражом. И не лучше ли было напечатать мнение компетентных в данном вопросе людей. Ведь есть некоторое количество серьезных, толково мыслящих музыкантов, композиторов, крупных исполнителей, чья точка зрения могла бы представить интерес для многих, в том числе и для людей из Гос<ударственного> руководства, которые имеют очень одностороннюю информацию о музыке только от руководителей Союзов композиторов. Увы! В газетах и по ТV мы видим все те же композиторские имена, сильно примелькавшиеся за последние десятилетия: т. Хренников, т. Петров, развивший весьма активную деятельность, но ни одним словом не обмолвившийся о работе Ленинградской композиторской организации, которую он возглавляет уже четверть века. ТV прочно и последовательно закреплено за т. Щедриным, который без устали рекламирует свои старые и новые музыкальные изделия. Как видно, у композиторов привычка к молчанию, порожденная сорокалетней деспотией, которой не видно конца, въелась в душу и умело задушила ее.
 
Почему композиторы молчат? Большинство довольны ситуацией. Прибавили 20.000.000 рублей ежегодно [чего еще желать?). <...> Те же, кто рассуждают более серьезно, — не верят! И, кажется, справедливо не верят. Все это похоже на очередной обман. Подобного было уже много на моем веку.

Наша, так называемая «творческая», композиторская среда - это глухой закоулок жизни, где царит произвол правящего музыкально-бюрократического меньшинства, окруженного огромным, хорошо оплачиваемым, обученным, послушным служебным аппаратом, царит злоупотребление диктатурой, пренебрежение ко всякому подобию честной мысли, карьеризм и грандиозное стяжательство власть имущих. В их распоряжении - десятки миллионов денег, которые они распределяют: рядовому составу Союза - гос<ударственные> заказы на сочинения, приобретаемые Государством и которые, в лучшем случае, исполняются один раз на очередном смотре или фестивале Союза. Они же распоряжаются распределением званий, орденов, премий и др. наград, В результате чего большинство членов Союза подобострастно смотрят па своих руководителей, а некоторых даже хватает дрожь при виде 1-го секретаря подобно тому, как дрожат, например, все присутствующие, когда Ротшильд вынимает свою чековую книжку. Руководители держат в полной зависимости муз<ыкальные> театры (Б<ольшой> т<еатр> в личной собственности Щедрина, Мар<иинский> т<еатр> в собственности Петрова, т<еатр> Станиславского в собственности Хренникова), которые ставят их сочинения.

    * * *


Руководящие деятели Союза поставлены в особое положение самим Гос<ударственным> и Парт<ийным> руководством. Все важные вопросы разрешаются руководителями Союза с Секретарем ЦК и др. представителями Гос<ударственного> руководства накоротке, секретариат лишь информируется об этом, как правило, тогда, когда вопрос ясен и сделать что-либо уже невозможно.

Наша музыкальная (композиторская) жизнь — это глухой закоулок, где царят произвол правящего меньшинства, окруженного огромным бюрократическим аппаратом, злоупотребление диктатурой (надпартийной, налгосударственной), пренебрежение ко всякому подобию честной мысли, умелый карьеризм и грандиозное стяжательство. Отсутствие государственного и партийного контроля, полнейшая отдача культуры в руки музыкальных дельцов, сознание ими полной своей безнаказанности, вседозволенности совершаемого наносят огромный ущерб всей нашей культуре, являющейся всенародным достоянием. Особенно это относится к Русской и Российской культуре. Деятельность власть имущих, делящих между собою ордена, звания, различные премии и распределяющих все эти награды по своему усмотрению, привела к образованию созданной руководством творческой элиты, чьи амбиции не всегда соответствуют творческим заслугам.

Между тем это люди, чье творчество занимает привилегированное положение в музыкальной жизни страны и особенно активно пропагандируется за рубежом. На службу музыке руководящих товарищей поставлены крупнейшие муз<ыкальные> театры Москвы, Ленинграда, засоренные посредственной продукцией, отнимающей место у Классики. Таким образом, искусство лишаезся самого главного - своей воспитательной роли. Великая культура, отечественная и мировая, оторвана от народа, тогда как именно она должна быть питательной средой для воспитания полноценного культурного человека нашего времени.

Основная мысль, которой пронизана вся деятельность руководителей СК, — это мысль о своем, и притом немедленном, прижизненном самоутверждении. Вот пафос деятельности руководящих товар<ищей> из СК. На пропаганду их музыки тратятся миллионы. Их собственные доходы, благодаря эксплуатации Гос<ударственных> театров и филармоний, весьма велики. Все это было 6ы...<фраза оборвана. — А.Б.>

Вместо того чтобы обратить внимание на критику, все, кто против них выступают, характеризуются как клеветники, люди, руководствующиеся личными, ничтожными соображениями.

    * * *


Государство через газеты, журналы, особенно радио и ТV проводит усиленную, ускоренную американизацию нашей жизни, американизацию молодежи, американизацию (а тем самым, стандартизацию) образа мышления советского человека молодого поколения.
 
Революция «сверху», которую открыто прокламирует гос<ударственное> руководство, как видно, заключается прежде всего в «денежном» идеале, даже еще не конкретном, а только лишь обещаемом в необозримом будущем. Но психология «желтого дьявола» уже усиленно и лихорадочно насаждается в обществе. Между тем выдающиеся люди русского образованного общества (в большинстве своем) находили жизнь США богатой, но бескультурной, безвкусной, бездуховной, убитой страстью к наживе. <...>

Такая же участь ожидает нашу страну и наш народ, который теперь по государственному указу получает прививку духовного СПИДа, который грозит нам окончательной духовной гибелью.
 
Когда поначалу лидеры Гос<ударства> объявили «перестройку» и отвержение «застоя», можно было всячески приветствовать это начинание. Думалось, что это коснется и воскрешения, возрождения духовной жизни, без которой человек — живой труп и подобие механического робота. Но именно такой механический робот, без каких-либо нравственных устоев, без пробужденной души - послушное полуживотное, удовлетворяющее лишь свои примитивные инстинкты: голод, жажду, похоть, желание жить без всяких забот (ибо заботиться о нем будут стоящие во главе жизни «лидеры», «сверхчеловеки», которые при ближайшем рассмотрении — лишь «недочеловеки», недоучки, с трудом и не всегда еще владеющие русским языком).

Я устал от П<ра>вителей, не у Между тем это люди, чье творчество занимает привилегированное положение в музыкальной жизни страны и особенно активно пропагандируется за рубежом. На службу музыке руководящих товарищей поставлены крупнейшиеbr / музмеющих правильно говорить по-русски. Хотя, впрочем, один из них заметно стал лучше говорить, сделал успехи, правда, для этого нужно было прожить полвека. Мышление на уровне политграмоты. А больше и не нужно. Но есть и новое - курсы повышения квалификации. Чувствуется знакомство с новейшими (послемарксисгскими), новыми теориями: Маркузе и пр.



   О руководителях Союза К<омпозиторов>,

олигархия, или «мафия», как их называют в Союзе композиторов.

Стоящие во главе Союзов композиторов Хр<енников>, Щ<едрин>, Пет<ров> и некоторые другие «царьки» - люди, развращенные самовластьем, своим исключительным, надгосударственным, надпартийным положением. Они научились (за многие десятилетия пребывания у власти) ловко, умело водить за нос гос<ударственных> и парт<ийных> чиновников самого высокого и даже высшего ранга, а чиновников чуть поменьше они сами снимают и назначают. Достаточно вспомнить эпопею с должностью зам<естителя> Министра культуры СССР. Ее долго занимал В.Ф.Кухарский, в прошлом близкий друг, соратник по СК и биограф Хренникова. Впоследствии они поссорились и, в конце концов, Хрен<ников> изгнал Кух<арского> из Министерства путем систематического очернения его деятельности, устных доносов (на это дело он великий Мастер!) и пр. На место Кухарского был назначен Иванов, который также не устраивал ни Хр<енникова>, ни Щ<едрина> (т<оварищ> Щедрин — это вторая скрипка Союза композиторов, но мечтает быть первой. Есть еще и 3-я скрипка, которая тоже мечтает играть Solo - т<оварищ> Петров). Кстати, не пора ли сменить эту засаленную, крапленую колоду карт и освежить руководство организации, которая давно перестала быть общественной организацией и является уродливым наростом на нашей художественной культуре?
 
Итак, на последнем Съезде композит<оров> т<оварищ> Щедрин (в присутствии Политбюро, это «шоу» так разыгрывается, что в присутствии членов Политбюро выступают только «свои», из руководства, «не своим» дается слово лишь на второстепенном спектакле, без присутствия Важных зрителей) выступает с отчетом о деятельности Организации и не говорит об этой деятельности ни слова, а всю речь посвящает «разоблачению» деятельности т<оварища> Иванова (зам<естителя> мин<истра> Культуры СССР, который не послал на какой-то важный фестиваль произведение т. Щедрина, а послал произведение какого-то другого композитора; конечно, так прямо это не сказано, но смысл вины таков). Речь проходит под улюлюканье композиторской «массы», наполнившей зал Кремлевского дворца, и увенчана успехом. Т<оварища> Иванова изгоняют из Министерства. <...>
 
Судьба русской культуры отдана в руки ловких дельцов, которые третируют, унижают эту культуру, мешают ее нормальному развитию, водворяя в Русской музыке чуждые ей, враждебные ей тенденции. Пользуясь своим исключительным государственным положением, эти люди заставляют Государство служить их творческому самоутверждению. Они наводнили своими сочинениями, подчас весьма посредственными, репертуар гос<ударственных> муз<ыкальных> театров, в ущерб классическому искусству, служащему культурно-воспитательным целям. Лучшие театры Москвы и Ленинграда стали получастными предприятиями нэпманского типа. Они закреплены за Щ<едриным>, Хр<енниковым>, Петр<овым>, которые являются их полными хозяевами, назначающими туда директоров, дирижеров, худо<жественных> руководителей, режиссеров. Композиторы-бюрократы извлекают, таким образом, из своей деятельности огромные барыши. Это подлинные буржуа от коммунизма, попирающие всех, кто им не угоден, не нравится, чужд, в том числе - и подлинно даровитых современных композиторов, зрелых и молодых, чье творчество развивается вопреки деятельности руководителей Союза. Эти композиторы, в известной мере, являются символом нашего трудного времени, символом несоответствия нашей жизни и нашего Государства.
 
Только как насмешку, как иронию можно оценить тот факт, что именно данные люди стоят теперь во главе Союза и руководят его «перестройкой». Для того чтобы перестроить к лучшему, усовершенствовать нашу муз<ыкальную> жизнь, исправить многие недостатки, нужно, прежде всего, освободиться от людей, подобных Х<ренникову>, Щ<едрину>, П<етрову>. Без этого всякое благое начинание превратится в карикатуру, в пародию на «новое мышление».



   Обслуживающая критика

Задача критики - обслуживание руководства Союза. Руководители Союзов держат при себе целый штат критиков и музыковедов, задача которых — всемерное восхваление руководителей Союза, их творчества, их безупречной общественной деятельности. Для этого издаются два журнала: «С<оветская> м<узыка>» и «М<узыкальная> ж<изнь>» (который в композиторской среде называют мрачно-юмористически «Музыкальная смерть»). Журналы находятся под абсолютным контролем (Х<ренникова> и Щ<едрина>). Редакторы (ядро) «С<оветской> м<узыки>»: Корев, Ренина, Юзефович, делают журнал сами, редколлегия существует лишь номинально, перечень фамилий (которые раз в 5-7 лет меняются) и всё. Фактически «Жизнь» издается редакционным ядром — Корев, Генина, Юзефович. О их компетенции.

Раньше в редакции состояли еше Хаймовский, Дора Ромаданова, Фришман и Соломон Волков. Все они благополучно перебрались в США, последний из них с «Мемуарами» Ш<остаковича>, созданными в недрах редакции.
 
Такое же однообразное <...> ядро — в журнале «М<узыкальная> жизнь». Редактор И.Попов, знаменитый своей поистине потрясающей беспринципностью, снискал себе славу критика-проститута. Фактическими хозяевами-издателями журнала являются: Григорьев (Гинзбург), Платек (Платок), Скундина и т. д. в том же роде. Платформа журнала проста: реклама, восхваление руководителей Союза и пренебрежение, замалчивание всех остальных композиторов. Полное пренебрежение к музыке нац<иональных> республик. Оба шеф-редактора управляются совершенно просто и конкретно: Попов — секретарь обоих Союзов, Корев — Союза РСФСР. Все музыковедческое дело находится в ведении того же Попова и Косачевой — людей недостаточно компетентных и совершенно необъективных. Это — просто прислуга.
 
Биографы Хр<енникова> Платек и Гинзбург, биограф Щедрина — Тараканов, он же глава кафедры Советской музыки в Московской консерватории, он же представитель СК во Всесоюзной аттестационной комиссии (от него зависит присвоение музыкантам ученых званий), он же делает доклады [и пишет] от имени Союза. Люди, подобные Косачевой, Попову, Кореву, Тараканову, Утешеву, чья творческая деятельность ничем не обозначена (за исключением Тараканова, написавшего компилятивную книгу об А<льбане> Берге, одном из представителей венской школы, биографию Щедрина), представляют советскую музыковедческую мысль во всем мире (их посылает Союз). Их информация пристрастна и необъективна. Союз представляют, главным образом, Хрен<ников>, Щедрин.
 
Выросло уродливое явление нашей жизни — целый сонм композиторов, специально работающих на экспорт, по заказу иностранных антрепренеров, издательств, столичных и провинциальных муз<ыкальных> театров и симф<онических> оркестров, которых за рубежом огромное количество. Такая работа считается особенно почетной, «престижной» и большое количество молодежи занимается этим делом. Работа секретариата наполовину состоит из выдачи разрешений на выезд в различные страны, города и городки нашим композиторам для чтения лекций, участия в симпозиумах и конференциях, фестивалях, где исполняется их музыка. Иногда эти фестивали имеют сомнительный характер, имена многих композиторов и их сочинения в большинстве случаев секретари не знают, но усердно сотрудничают в вопросе выдачи виз с иными компетентными органами Сов<етского> государства. Все это не совсем как-то вяжется со смыслом работы Союза композиторов. Да и Союз ли мы? Что нас связывает, кроме паспорта, да и тот иной раз люди меняют на паспорта других держав.

<...>

Статья о СК РСФСР, большая, широкая для «Нашего современника» или «Нового мира».

    * * *


Вождем и организатором Октябрьского переворота называется Л.Д.Троцкий-Бронштейн, который написал книгу «Уроки Октября», весьма в то время популярную. Он же проявлял повышенное внимание к людям творческого труда, особенно литераторам, которых расценивал со своей революционной точки зрения. Несомненно, Троцкий-Бронштейн был выделяющейся фигурой на фоне Зиновьева, Стеклова-Нахамкеса, Каменева-Розенфельда, Апфельбаума-Зиновьева (или Урицкого-Радомысльского), Ларина-Лурье, Володарского-Котяна<Когена> и т. д. И его идеи (в известной мере противостоящие идеям Л<енина>-У<льянова>) получили быстрое распространение среди людей, занимавших верхушку гос<ударственного> управления. Это было движение, которое так и называлось троцкизмом. (Движение это сохранилось до наших дней и организовано во всемирном масштабе как IV Интернационал. Портрет одного из деятелей этого движения Андреева- КривИн (по-русски просто КрИвин) я видел неожиданно для себя па предвыборных листовках во время президентских выборов во Фр<анции> в 1966 или 69 году, точно не помню. Это был человек, внешне декорированный под Тр<оцкого>, такое же пенсне, жгучий брюнет, неумолимость и беспощадность во взгляде. Эта предвыборная платформа была резко антисоветской и только! Очевидно, она не рассчитывала на успех на выборах.) Деятели верхушки гос<ударст>ва охотно или неохотно признавали верховенство Т<роцкого>. Их соединяло чувство нац<иональной> солидарности, которое было исключительно сильным, несмотря на прокламируемый ими интернационализм. Под знаменем этого фальшивого ин<тернационализма> гнездилось адское национальное высокомерие, почти нескрываемое презрение к Р<оссии>, ненависть ко всему русскому, имевшему несчастье попасть под гнет этой беспощадной, ужасающей деятельности, от которой до сих пор мы не можем освободиться.



   Марина Цветаева

Имя поэтессы Цвет<аевой>, писавшей на русском языке, усиленно за последние годы внедряется в сознание читателя. Однако не всякий писатель, владеющий русским языком и пишущий на нем, — русский писатель. Есть много люд<ей>, говорящих по-русски, но не только не любящих России или любящих ее сугубо избирательно: пейзаж, русскую литературу (никогда не всю, а тоже — избирательно), искусство - например, Левитана, Серова и др. вещи, никогда не главные - определяющие, всегда - частные, характерные, но побочные. Не скажу, чтобы я сильно любил эту поэтессу. Стих ее — косноязычен, вторично-литературен, язык не совсем живой, книжный, иногда манерно-архаичный. Строй чувств — вздернутый, истеричный. Не совсем почему-то приятно, когда женщина открыто говорит о своей сексуальной жизни. Удивительное дело, в народном сознании сохранилось сравнительно терпимое отношение к мужскому блуду, хотя церковь, разумеется, строго порицала это. Однако существует пословица: «Быль молодцу не в укор». Но это не касается женщины, для которой по этому поводу народ нашел особое слово («блядь»), афористически кратко выразив свое презрение к доступной женщине. И в самом деле, блуд отца еще может быть терпим, хотя вряд ли вызывает уважение. Но материнская греховность - нетерпима, непредставима. Поэтому я не люблю, когда женщина открыто пишет о своем блуде, хотя, возможно, по теперешним нормам — ничего уже не страшно!

У Цв<етаевой> есть стихотв<орение> о гражданской войне, где она восхваляет «белую», Добр<овольческую> армию, Ден<икина>, Кутепова, Май-Маевского и др. Я — человек старый, не берусь теперь судить в целом о Гр<ажданской> войне, о правых и виноватых в ней. Не берусь! Знаю лишь, что ничего более страшного для жизни нации, для самой ее сущности нет, чем братоубийственная, неслыханная по жестокости резня, когда сын убивает отца, а отец сына, брат встает на брата из вымышленной, вдолбленной в голову «классовой ненависти». Тогда - беда, нация может надломиться и погибнуть... Но мой отец Вас<илий> Григ<орьевич> С<виридов> был ком<мунистом> и после Окт<ябрьского> переворота служил па советских должностях в уездном городке Фатеже Курской губернии. Он занимал должность заведующего отделом Труда. Когда пришли с Юга белые, отец скрывался, жил в подвале. Один человек по фамилии Марин, русский человек, донес об этом. Отец попал в тюрьму. В это время красные пошли в наступление с Севера, и Добр<овольческая> Армия начала отступление. Перед отступлением неск<олько> человек арестованных большевиков были (естественно — безоружные) согнаны во двор тюрьмы и порублены шашками. Помню своего отца в гробу с перевязанной нижней частью лица. И сейчас его вижу!

Поэтому вдохновенная поэзия Цветаевой, прославлявшей доблестных солдат и офицеров Белой Армии, не находит во мне отклика. Мне больше нравится ее лирика. Например, вот это:

Я любовь узнаю по щели.
Нет! — По трели
Всего тела вдоль...(32)

Не правда ли, сильно сказано, особенно впечатляет это — «по щели»! <...>



   О руководителях Союза

Развал и упразднение русского хорового общества, развал почти полный всего хорового русского дела, развал хорового образования при полнейшем попустительстве и с прямого ведома Министерств культуры, возглавляемых некомпетентными людьми, не имеющими своей самостоятельной точки зрения на проблемы, которые им надо решать. Позиция руководства Союзов композиторов, управляемых в течение десятков лет одними и теми же людьми, вызывает серьезное беспокойство. Нет принципиальности, государственного подхода к вопросам культуры, имеющей общенародное значение.
 
Ничего, кроме шкурных интересов, базарной, рыночной идеологии. Для того, чтобы творчески самоутвердиться и побольше заработать (суммы доходов здесь весьма и весьма значительны!), эти люди готовы растоптать всех и вся: и классиков, и современников, и ростки будущего.


 
   О современном передовом, «новом», авангардном музыкальном искусстве

Я внимательно смотрел, почти изучал опыты композиторов послевоенной Европы, которым в последние годы неожиданно и стремительно была создана ослепительная реклама, так сказать, в «глобальном» масштабе. И тогда — в 50-60-е годы, и теперь уже по зрелом размышлении, я не видел и не вижу здесь ничего, кроме усовершенствованного, варьированного эпигонства. Эта музыка - изначально стереотипна, вторична. Все, что есть в ней «нового», было открыто ее изобретателями и конструкторами: Шенбергом, Нергом и Веберном. Они, очевидно, и останутся в дальнейшем представителями этого течения, создавшими какие ни на есть ценности. Это - их патент в истории музыки. Мне могут возразить, что и новые композиторы подобного типа, называющие себя, без ложной скромности, «авангардом» искусства, исполняются на фестивалях современного искусства. Это - так! Разработан специальный фестивальный тип, когда подобная музыка выступает не на фоне классического искусства, а как некое противопоставление ему.

Действительно — «авангардизм» насажден всюду поистине железной рукой тех, кто считает себя победителями в прошедшей мировой войне, насажден, что называется, во всем мире. Подобно коросте, он покрыл тело современной Европейской, так называемой серьезной, музыки во многих странах, в том числе и у нас, в стране, где его адепты и служащие этим адептам люди заняли государственное положение. Они руководят Союзами композиторов сами или посредством своих учеников, занимают ответственные должности в государственном аппарате, управляющем музык<альной> жизнью страны, имеют контролируемые ими издательства, музык<альные> театры, всецело подчиненную им музыкальную печать и средства массовой информации. Им создается в нашей стране «особая» реклама и режим особого благоприятствования со стороны Государства. Композиторы-авангардисты ежегодно принимают участие в многочисленных фестивалях, специально устраиваемых для демонстрации подобного искусства. Иной раз эти фестивали носят «подозрительный» в общественно-политическом, да и в художественном смысле характер. Таким, в частности, был состоявшийся прошедшим летом фестиваль в Лондоне, носивший русоненавистнический, грубо русофобский характер, в котором, как кажется, принимали участие и члены Союза советских композиторов со своей музыкой. [Они были] приглашены туда, что называется, «на полный кошт и всяческое довольствие». Конечно, всякому композитору приятно слышать свою музыку, приятно слушать, когда ее хвалят. Да и деньги... «они ведь не пахнут»! Рубли, фунты и доллары – какая разница. Важно, чтобы их было побольше.



   О музыкальной одаренности

Чувством музыки как искусства одарены бывают люди, часто далекие от музыкальной профессии. И наоборот, часто музыкой занимаются люди, лишенные от природы подлинно музыкального ощущения. И это не недостаток человека, а всего лишь особенность его души. Многие из людей, профессионально занимающиеся музыкой, - исполнители, теоретики (среди них особенно много вербуемых, большей частью, из неудачных исполнителей) и даже сочинители не подозревают о существовании скрытого, тайного языка музыки как искусства. Его глубины совершенно им недоступны. Ощущение тайного языка музыки лается от природы, его невозможно приобрести ни знаниями, ни умелым, виртуозным исполнительством, ни культурой. Зато знания и культура шлифуют, развивают природную склонность к искусству.

    * * *


Верхушка Русского дореволюционного общества: дворянство, придворные круги, военная верхушка — прогнила насквозь. Русская интеллигенция была в большинстве своем настроена против этой, державшей уже ослабевшую власть, беззаботной «верхушки», но, в свою очередь, сама была подвержена нравственному гниению и не имела позитивной программы. Всем хотелось перемен, да не знали, и думали, что все они к лучшему. Была лишь одна, сплоченная сила, которая знала, чего хотела: привилегий для своей нации, власти и притом всеобщей, т.е. государственной, полицейской, контроля над образованием, захвата промышленности, а главное - власти нал землей. Той самой Русской землей, которой обещали в изобилии снабдить русского легковерного мужика-дурака и которую у него отняли.



   «Рукописи не горят!»

броская, но сомнительная фраза. Для глубокой правды эта фраза слишком эффектна и потому быстро стала обиходной в советских салонах, в репортерских статьях и т. д. Нет, рукописи горят! Достаточно вспомнить «Мертвые души» Н.В.Гоголя. А бесчисленное число икон (разве это не бесценные рукописи!), сгоревших в печках, в «буржуйках», в кострах, специально разведенных для этой цели?
 
В Р<оссии> существовали, по нашей современной статистике, более 80 000 церквей и монастырей, нравственная и художественная ценность их была неисчислима. Разрушение церкви - это самый страшный удар не только по культуре, но и по самому существу р<усской> нации, которой ныне грозит опасность полного вырождения. Народ нравств<енно> выродился, его ничего не стоит натравить на кого угодно, на другие народы и страны, на свой же народ, он способен стрелять и резать, кого прикажет чудов<ище>. Великие художественные ценности, хранившиеся в церкви, уничтожены.



    ТV
    Разговор с Юр<ием> Мих<айловичем> Богатыренко (33)

Тезисы.

Музыка Древней Руси.

Иван Грозный (IV) - композитор (стихира о князе Мих<аиле> Черниговском и боярине его Феодоре - замучены Батыем за отказ изменить свою веру). Иван IV двинул вперед музыкальную культуру, жалованье — дьякам, занимавшимся музыкальным творчеством и хорами.

Народная песня. Нет свода, несмотря на то, что разговоры ведутся уже десятки лет. Вину несет руководство СК РСФСР. В настоящее время дело это абсолютно заброшено. Народная песня почти начисто исчезла, многое пропало бесследно. СК не занимается этим вопросом. Сознательное попустительство этому варварскому делу. Деревня была стихийным хранителем национальной культуры, песен, обрядов, обычаев. Эта деревенская культура была почвой, на которой произросла вся наша классическая музыка: Глинка, Бородин, Чайковский, Мусоргский, Р<имский>-Корсаков, Рахманинов, все то, что внесла Россия в культурный фонд Человечества. С исчезновением деревни, с исчезновением православной Церкви наша музыкальная культура, самобытная и духовно самостоятельная, скоро перестанет существовать, не имея питательных соков. Она обратится в заемное, подражательное сочинительство, не имеющее ни смысла, ни духовного наполнения, ни ценности.

3) Перед нами пример наших республик: Грузии, Литвы, Латвии, Эстонии = хранящих свою певческую культуру, свой музыкальный язык, хранящих себя от уничтожения как нацию. Между тем русский человек перестал петь свою музыку, он уже давно поет чужие песни и пляшет под чужую дудку.

4) Упразднение Русского хорового общества, работа которого была сознательно развалена СК, — тяжелейший удар по русской культуре. В необъятной РСФСР всего 16 профессиональных хоров, считая камерные. Им не хватает полноценных худ<ожественных> руководителей, т. к. хоровые кафедры, особенно Московской консерватории, не выпускают полноценных специалистов. Это несмотря на то, что директор Консерватории - сам бывший хормейстер. Самодеятельное хоровое искусство также на деле почти ликвидировано. Оно - непопулярно, неинтересно, непрестижно. Американизация нашей культуры, американизация всей нашей жизни, желание во многом походить на богатую заокеанскую страну выражается, пока что, в усиленном насаждении легкой музыки, которая затопила нашу жизнь, дурманит сознание и уничтожает души молодых поколений. Спорить с этим бесполезно, но эти поколения можно лишь горько пожалеть.
 
Между тем музыкальная жизнь Америки совсем не ограничена легкой музыкой. В США сотни симфонических оркестров, в каждом почти университете есть музыкальный факультет, свой оркестр и хор. Хоровое искусство США достойно восхищения, в стране более 30 000 хоров, профессиональных и, главным образом, любительских. Есть и русские хоры, мне приходилось немного их слышать. К 1000-летию крещения Руси, крупнейшему событию в истории нашего народа, началу его письменной грамоты, в США издается 40 томов русской хоровой музыки(34). Это - сокровище! которое хранят и [ценят]...

Между тем у нашего народа оно было отнято и, в значительной степени, истреблено. Встает вопрос - кем? Только ли самим русским народом? Наша классическая музыка, которой мы по справедливости гордимся (или, может быть, уже не гордимся по причине ее устарелости, «провинциальности») так же, как и нашей литературой, живописью. Где же наше уважение к ее творцам? Знаменитый критик В.В.Стасов писал: «Мусоргский принадлежит к числу тех художников, которым потомство ставит памятники на площадях»(35). Где же он, этот памятник? Его — нет. Нет в Москве и улицы Глинки, нет улицы Бородина, зато есть в Москве улица Дунаевского, и в Киеве улица Выс<оцкого>, и в Одессе улицы Бабеля и Бебеля, и Багрицкого, и много других подобных улиц.
 
До сих нор не издано, нет ни одного академического собрания творений Великих русских композиторов. [Впрочем, сейчас началась подготовка к изданию произведений М.П.Мусоргского.] Вопрос этот не интересует никого: ни государство, почитающее себя большим меценатом и ассигнующее СК десятки миллионов ежегодно, ни сам СК, пожирающий эти многие десятки миллионов, ни руководителей СК, десятки лет сидящих на своих хлебных постах, извлекающих огромные барыши от своего положения гос<ударственных> фаворитов.

Обособление Советской музыки в отдельную, имманентно существующую категорию. Создание ей режима особого благоприятствования. Особые организации для пропаганды музыки СК, работающие специально на заграницу, что почитается особенно престижным и очень поощряется государством. Создание привилегированной касты композиторов-бюрократов, руководящих СК СССР, РСФСР, М<осквы>, Л<енинграда> [и некоторых республик] (справедливости ради надо сказать — не всех), в чьи руки бесконтрольно, и как видно — навсегда, отдана музыкальная жизнь Москвы, Ленинграда и всей Российской Федерации. Эта каста абсолютно безответственна, управляет союзами композиторов с их гигантским бюджетом, владеет музыкальными театрами, поделив их на «сферы влияния», филармониями, «своим» мощным нотным и книжным издательством, контролирует музыкальное образование, направляемое в сторону «космополитизации», забвения национальных культур. Руководство СК держит под контролем музыкальную печать и держит при себе целый штат критической прислуги, расхваливающей их творческую продукцию в своих статьях, книгах и пр., распространяемых по всему миру. Оба музыкальных журнала всецело контролируются руководством СК и служат инте-
ресам самоутверждения руководства СК(36).

    * * *


Молодость ценна не сама по себе. Она несет только «заряд». Этот заряд может быть и положительным, и отрицательным.

    * * *


Трагедия - не истерия, не суетливая взвинченность, не вопли и судороги, не грохот оркестров или радиоусилителей, не удары палкой по башке. Вспомним статую бессмертного Софокла - это само величие и покой.



   Записи 26/Х 1987 г.

XX век обогатил человечество новым опытом. Опыт этот весьма разнообразен и, несомненно, не лишен величия. На арену жизни вышли массы людей, целые народы вступили в открытый спор друг с другом о том, как жить дальше. Разумеется, весь этот огромный опыт, о котором нет нужды долго распространяться, очень обогатил человечество, хотя и достается подчас очень дорогой ценой. Этот опыт жизни породил множество самых разнообразных мыслей и чувств, от надежды до отчаяния. Все это, разумеется, имеет прямое отношение к искусству, ведь оно по своей природе предназначено выражать человеческие чувства, и музыка нашего века старалась это делать и шла по своему пути, достаточно широкому. Наше столетие дало целый ряд крупных музыкантов-художников, в том числе и русских, из которых я бы особенно отметил С.В.Рахманинова, достигавшего порой в своем творчестве необыкновенной духовной высоты.
 
Но именно в XX веке в искусство пришли и другие тенденции: бездуховность, безверие, цинизм, повышенный интерес к низменному, глумление над добром, презрение к человеку и, особенно, к народной массе, выпячивание «избранности» художника и всей художественной среды, чего никогда не позволяли себе великие люди прошлого. Все это соединялось подчас с большим талантом, но делало самый этот талант ущербным, неполноценным, снижало его «пробу». Говоря это, я отнюдь не посягаю ни на чью славу, но хочу сказать, что движение в этом направлении не сулит, как видно, ничего, что было бы плодотворным для духовного сознания. И сегодняшняя заминка в музыкальной жизни, некоторая пауза, что ли, является показателем поиска новых путей. Думаю, что искусство, если ему суждено уцелеть, по всей вероятности вернется к извечно сопутствовавшим человечеству — простым истинам, но будет выражать их по-новому, своеобразно и увлекательно. Во всяком случае, я хочу в это верить.



   Какой будет музыка Нового века?

Об этом можно только гадать. Предсказать же это трудно. По всей вероятности она будет - разной, несмотря на унификацию, которую ей придало наше столетие.

Не возьмусь говорить о всей мировой музыке, остающейся все же национально своеобразной, несмотря на усиленные попытки ее унификации. Могу высказать свои соображения только о русской музыке, которая мне, естественно, наиболее близка.

Думается, что музыка серьезная, затрагивающая глубины духа, создается и теперь и, очевидно, будет создаваться в будущем. Ее всегда было мало, но она - есть. Ее может быть немного больше, ибо во множестве такое искусство сотворить вряд ли возможно. Огромное количество музыкантов занимается техническими экспериментами, подменяющими настоящее творчество, нарочитый сознательный поиск «новизны» и пр.

Музыка уйдет от сухого техницизма, от надоевшего уже смакования зла, уйдет от поверхностного воплощения больших тем, чем мы так грешим теперь. Мне кажется, что музыка будущего, наша музыка (во всяком случае, мне бы этого страстно хотелось и есть некоторые основания так полагать!) станет искусством духовного содержания, она возвратится на новом витке к своей изначальной (почти утраченной ныне) функции - быть выразителем внутреннего мира человека в его поиске и стремлении к идеалу, к естественной речи. Такая музыка может стать спутником человека в его высоких духовных порывах. Она может стать искусством «соборным», объединяющим людей вокруг высокого. Думаю, что музыка станет в известной мере идеальным искусством. И если это произойдет, то скорее всего у Нас, благодаря особому опыту, который приобрела Россия за нынешнее столетие. Но такая музыка вряд ли у нас будет замечена. А вот когда подобное искусство появится позднее на Западе, то у нас скажут: «Подумаешь! Мы это открыли гораздо раньше, чем Европа».



   Разное

А.П.Бородину приклеена кличка - эпического композитора, как бы в противовес лирическому. В могучем и цельном (эпическом) сознании Бородина не менее субъективного, личностного, чем в солипсизме Скрябина.



   О понятии Гений

В древности - понятие Религиозное, гений - Божественный дух. В ХVIII рациональном веке — понятие физиологическое, как высокоорганизованное существо. В XIX веке - историческое, воплотитель тенденций эпохи. В XX веке - административное, должностное [кто держит власть или поставлен при ней].

    * * *


Народ живет для лучшего.

    * * *


Слышал по радио фортепианные прелюдии Шостаковича в оркестровке дирижера Рождественского. Какое убожество, отсутствие фантазии, отсутствие всякого вкуса, неумение, неуклюжесть в пользовании инструментами. И это у дирижера с огромным опытом, какая-то природная, органическая бездарность. [Как видно, такое отсутствие дарования не заменишь никаким опытом.]

Дирижер Рождественский — король халтуры (как его называют в Европе) как оркестровщик.

    * * *


Тезисы для сценария, выступления, речи и т. д.
Древняя музыка Руси.
Иван Грозный - композитор.
Стихиры. Двинул вперед изучение музыки. Положил жалованье дьякам.
Деревня исчезла.
 
Народная песня исчезла, забыта. Многое не записано, не собрано. Свода песен нет — работа над ним сорвана сознательно. Управляли Фольклорной комиссией: Лебединский (б<ывший> генеральный секретарь РАПМ'а), Гурьев (алкоголик), Щуров, Рабинович.

Брать пример с республик (Грузия, Армения, Прибалтика). Небольшие по численности народы стараются сохранить себя. Русские — себя потеряли.
 
Воспитание (музыкальное детей). Принята в РСФСР система Кабалевского, весьма спорная, унифицированная (антинациональная), сделанная на немецкий манер, а la Антон Рубинштейн(37). Несомненно, автор системы был движим хорошими соображениями. Однако целесообразно ли детей всех национальностей воспитывать на «Нотных тетрадях Анны Магдалены Бах», только на слушании музыки, пассивном ее восприятии? Почему принижено значение народной песни? Потому, что истребляется все национальное, все русское. Народ наш постепенно превращается в сброд, в вооруженных ландскнехтов, воюющих или жандармствуюших во многих странах мира. Спрашивается: за чьи интересы? <...>

Исчезло хоровое пение - единственно доступный всем детям, а не только из семей с достатком, вид коллективного музицирования.

Воспроизводство музыки — толчок к творчеству.

Дети должны знать...

    * * *


емьдесят лет существования... Прошедшие]

Последние семьдесят лет:
 
Смерть Танеева, Скрябина, Кастальского, Черепнина, Гречанинова, Метнера. [Отъезд] Бегство Рахманинова, Шаляпина (и целого ряда талантливых музыкантов). Русские музыканты бежали от преследования Е<врейской> В<ласти>. Да ведь от хорошей жизни никто еще не убегал.

40 лет правления Х<ренникова> - это самые черные, самые мрачные годы в истории Русского музыкального искусства.

Почти вся музыка доглинкинской эпохи пол запретом. 1931 год — во дворе Московской консерватории развели костер, где сжигали творения Глинки, Бортнянского, Чайковского, а с ними заодно и всех европейских классиков. И это было еще до появления д-ра Геббельса, который многому научился у руководителей РАПМ'а, Лебединского, Белого и др. извергов.

    * * *


Мне приходилось в жизни общаться с представителями других наций, бывать, хоть и немного, за рубежом. Нигде и никогда я не встречал такой ненависти к русскому, как у нас в стране.

    * * *


Он - улыбается, он мягко стелет, но это смертное ложе для ру<сской> на<ции>.

    * * *


Р<усски>е. Полурабское население, не имеющее самостоятельной духовной жизни.

    * * *


«Сколько бы дерево ни росло — корни его не меняются». Ал<ексан>лр Яшин(38).



   «Хованщина»

Народ - стихийный носитель веры, воплощение Правды и Любви.

Мусоргский - композитор-Христианин. Мусоргский всегда был врагом самодовлеющего эстетизма. Глубочайшее религиозное сознание. Незыблемые нравственные основы, все сулится с высоты Христианства, без всякой назидательности, терпимость, свет любви и правды.

Творчество М<усоргского> бесконечно глубоко и разнообразно. В нем причудливо сцеплены сложные вопросы национального бытия, кипят, бушуют могучие социальные страсти, борются крупные и разнообразные характеры, богатство народного быта, бесконечное разнообразие чувств. Но доминирующей идеей является религиозная идея, вера - как идея жизни, тайный смысл существования нации. Борьба народа, стихийного носителя веры, с безбожным Государством или Преступной Властью.
 
Мусоргский - чужд рабской зависимости от культурной гегемонии Запада, будучи притом человеком с весьма развитым и разнообразным слуховым опытом, совсем не чуждым современной ему Европейской музыки.

    * * *


Записи. 17/I-88 г.
Кам<ерный> хор.
Пластинка.

Икона.
Три хора из «Царя Федора».
Курские песни.
                  Б<ольшой> хор.
Три хора на слова Прокофьева.
Концерт памяти Юрлова.
3 хора из «Царя Федора».

3 старинные песни Курской губернии.
Икона.
Курские песни с оркестром.

    * * *


Система Кабалевского воспитывает в человеке механистичность. Механизация, мертвое компьютерное искусство проникло в самую душу современною человека. Сложился тип художника-компьютера (беспочвенного, безжизненного). Такой композитор-компьютер может сделать, произвести все, что угодно: фугу, оперу, балет, песенку, симфонию, церковную молитву и т. д. Но все это - подделка искусства, имитация его (или, как теперь говорят, «имидж»), суррогат, мертвое, умозрительное сочинительство, лишенное жизни, ее дыхания и трепета, человеческой боли или радости.

Особенно мертва интонационная сфера подобной музыки, она лишена какого-либо своеобразия, всегда вторична, стереотипна.

Добавить комментарий

Просьба - придерживаться рамок приличия.
Реклама - удаляется.

Комментарии  

 
#3 Александр 02.11.2019 13:36
Огромное спасибо за возможность читать эту книгу.
"Книга-это быть вместе"
Цитировать
 
 
#2 Михаил Трубицын 21.08.2019 13:03
Достоевский был сознательно забываем, преследуем все довоенное время, полузапретен. Первая мемориальная доска была установлена в Ст Руссе на доме, где он жил, во время войны. Доска была установлена
герм войсками.
Цитировать
 
 
#1 Людмила Ватюкова 05.02.2015 09:50
Замечательно! Люблю Свиридова.Интересно всё о нем, прочитаю все его заметки,вернее- литературные мысли. Спасибо Вам лично за сохранение и восстановление всех материалов о единственном Национальном композиторе (кроме.пожалуй. Гаврилина,)Люблю, восхищаюсь и преклоняюсь перед личностью Свиридова и Вашей.Спасибо!
Цитировать
 

Сегодня по календарю


12 июля

1790 г. Французское Учредительное собрание отделило церковь Франции от Рима и причислили священников к гражданским служащим.
1917 г. Во время 1-й мировой войны в ходе Ипрского сражения германская армия впервые применила в качестве боевого отравляющего вещества горчичный газ, который по месту боев получил название иприт.
1943 г. Возле станции Прохоровка (недалеко от Белгорода) произошло крупнейшее в мировой истории танковое сражение. С советской и германской сторон в нем принимало участие до 1200 танков и САУ.
1988 г. В СССР запущена Автоматическая межпланетная станция «Фобос-2».

Родились:
1884 г. Амедео Модильяни, итальянский художник и скульптор.
1894 г. Юрий Александрович Завадский - главный режиссер Театра им. Моссовета.
1876 г. Сергей Исаевич Уточкин - один из первых русских летчиков. В 1910-1911 совершил публичные полеты во многих городах России и за рубежом (1876-1916).
1904 г. Пабло Неруда - чилийский поэт-коммунист, дипломат, нобелевский лауреат 1971 года.
1914 г. Петр Мартынович Алейников - советский киноактер («Семеро смелых», «Трактористы»)
1946 г. Валентина Васильевна Толкунова - советская и российская певица, Народная артистка России (1946-2010).

Из цитатника:


Неужели только затем и явился я на этот короткий промежуток времени в мир, чтобы наврать, напутать, наделать глупостей и исчезнуть.
Л.Н. Толстой

Реклама

Обратная связь

Для обратной связи пишите на почтовый адрес:
[email protected]

Счётчик посещений


6336492
Сегодня
Вчера
Эта неделя
Этот месяц
2158
1442
13564
24642

Сейчас: 2020-07-12 16:28:24
Счетчик joomla